Четверг, 29 сентября

За гранью Мира. Часть 1.

Ему не спалось. Вадим сел на кровати и потянулся за сигаретами. Посмотрев на мирно спящую рядом Анну, поправил на ней сползшее одеяло. На душе было как-то неспокойно, одолевали непонятные предчувствия. Захотелось на воздух. Сунув босые ноги в шлёпанцы, и накинув тёплый халат, Крашин вышел на балкон.
Глубоко затянувшись и выпустив первую струйку дыма, Вадим поднял голову к небу и подмигнул звёздам, ясно горевшим в морозном небе. Свежесть январской ночи в момент разобралась с сумбуром в его голове. Правда, очень скоро Крашин почувствовал, как холод, заползая под махровую ткань, нагло отбирает у тела тепло. И хотя возвращаться в комнату не хотелось, он побоялся простудиться. Завтра очень важный день, и насморк ему ни к чему. Вадим осторожно, чтобы не разбудить Анну, пробрался обратно в постель и, натянув одеяло до самого носа, крепко сжал веки. Но чем крепче он их сжимал, тем дальше от него уходил сон. В голову снова полезли разные мысли, и это уже по-настоящему начало раздражать его. Крашин даже подумал, что выспаться этой ночью ему вряд ли удастся. Но он ошибся. Никакое бдение не может продолжаться вечно. Скоро эти самые мысли, что так беспокоили его, начали путаться, и он сам не заметил, как Морфей сморил его. А, проснувшись утром, как всегда, от писка будильника, Вадим с удовлетворением понял, что все дурные предчувствия остались там, на балконе, вместе с пеплом сигареты, выкуренной ночью. Время пришло. Сегодня он подведёт итог.
За стенкой раздался свисток закипевшего чайника. Да, действительно, надо завтракать и ехать в лабораторию. Вадим поспешил на кухню. Анна, уже в джинсах и свитере суетилась у стола.
– Ну и соня ты у меня! Садись, ешь, времени уже много.
– Время – произвольная характеристика, и она, то бишь эта характеристика, не может служить опорным параметром для определения условий эксперимента, – в голосе Крашина пробились лекторские и одновременно смешливые нотки.
Он улыбнулся и добавил:
– По крайней мере, для определения условий моего эксперимента.
Смешливое выражение слетело с его лица, и Вадим вдруг стал очень серьёзен. Анна прижалась к его плечу. Крашин погладил её по волосам.
– Тебе совсем не обязательно сегодня ехать туда.
– Ну, как же! Этот день так важен для тебя – ты так долго ждал этого момента! И не забывай, мы всё-таки работали вместе.
– К установке я тебя всё равно не подпущу, мы это уже обсуждали.
– Но я хотя бы буду рядом.
Вадим кивнул. Заканчивали завтрак они в полном молчании.

Лабораторный комплекс «Кузница Богов» состоял из огромного главного корпуса, который, собственно, и являлся самой лабораторией, и нескольких, ничем непримечательных вспомогательных построек различного назначения.
Приехав на место, Вадим сразу же направился к главному корпусу. Там, внутри находилось его чудо – установка. Сегодня он собирался запустить её. Запустить по-настоящему, запустить и доказать всем, и себе в том числе, что отец был прав. И что он, Вадим Крашин, тоже был прав… Доказать всему миру, что они победили!
Оказавшись внутри, Крашин первым делом проверил показания охранного монитора – всё было в порядке, к устройству никто не прикасался, параметры оставались неизменными со вчерашнего дня. Значит, можно было начинать. Вадим ввёл личный пароль и заблокировал входные двери, так, что проникновение в лабораторию извне стало невозможно. Потом он, не теряя времени, сразу поднялся по вертикальной лестнице на закреплённый на четырёхметровой высоте решётчатый балкон к пульту основного терминала. Усевшись в кресло оператора, Вадим принялся набирать на клавиатуре строки новых команд, корректируя программу управления установкой. Да, Анна сейчас бы здорово пригодилась! Ну, ничего, он многому у неё научился, и справится сам. Постоянно сверяясь со шпаргалкой, которую составил для себя ещё два дня назад, Крашин внёс необходимые изменения в код программы.
Пока терминал обрабатывал новые директивы, Вадим спустился вниз и прошёл в техническое отделение лаборатории, где переоделся в комбинезон из металлокевларовой ткани и захватил заранее приготовленное снаряжение. Затем снова вернулся за пульт.
Окинув взглядом, контрольные мониторы Крашин с удовлетворением убедился, что все значения на них соответствуют расчётным. Установка была полностью подготовлена к работе. Вадим положил ладонь на пусковую панель. Но не нажал.
Крашин думал, что покончил со всеми сомнениями, но оказалось, что это не так. Сейчас, когда он находился в двух шагах от осуществления задуманного, ему вдруг стало стыдно. Ведь, как ни крути, а он обманул Корпорацию. Обманул людей, поверивших ему. Обманул, чтобы добиться своего. Правильно ли он поступил? Вадим бросил взгляд на двухэтажного монстра, возвышающегося посередине машинного зала. Симметрично расположенные, восьмиугольные чаши вспомогательных излучателей, сетчатая полусфера Главного кольца… «Да, – мысленно одёрнул себя Крашин. – Я поступил так, как должен был поступить. И хватит причитать о бедной и обманутой Корпорации! Никто, никогда не выделил бы такие огромные средства на создание этого чуда, заикнись я об истинном его назначении. Корпорация же в накладе всё равно не останется. Паразитные выплески, а они неизбежны при преодолении Барьера, должны полностью зарядить демпфирующие конденсаторы. А это несколько сотен мегаджоулей за один присест! Они получат свою энергию, даже оставаясь в полном неведении…»
Крашин решительно надавил на панель. Десятисантиметровый титановый восьмиугольник бесшумно утонул в приёмной нише. Раздался ровный гул, установка завибрировала, чаши излучателей густо окрасились кроваво-красным свечением. Главное кольцо заискрилось сотнями электрических разрядов, вспыхнувших на иглах циркониевых уравнителей. Защитный комбинезон на Вадиме лёгким потрескиванием отозвался на возникшее вокруг конструкции силовое поле. Последнее действие – последовательно переключив шесть специальных тумблеров, Крашин перевёл все ускоряющие мазеры в рабочий режим. После этого он поднялся с кресла и покинул место оператора. Дальше процесс должен был протекать без его участия. Вадим проверил универсальный браслет и уверенным шагом направился по узенькому мостику к ажурной полусфере, лепестки которой уже призывно раскрылись. Теперь требовалась лишь команда синхронизатора, чтобы энергетические банки установки мгновенно выплеснули всю накопленную в себе мощь. И тогда могучий импульс гиперполя пробьёт брешь в Барьере Миров. Вадим поднёс правую руку к браслету и активировал синхронизатор…

Прочитайте также  НЛОнавты пришельцы из параллельного мира

Ощущение было тягостным. Сознание словно плавало в каком-то липком, похожем на кисель, тумане. Мысли казались чужими. Тело тоже.
Последнее, что успела зафиксировать память, был яркий свет, больно резанувший по глазам. А за мгновение до этого – звук, низкий, протяжный, пробирающий до самых костей. Больше он ничего не помнил, и это пугало. Человек с ужасом осознавал, что не знает своего имени, не имеет понятия, сколько ему лет и, вообще, ничего о себе не может рассказать. И где он в данный момент находится, что происходит вокруг, он тоже не понимал.
Даже ответить на вопрос, как долго длится состояние этой непонятной амнезии, он не мог, хотя ему и казалось, что прошло уже достаточно времени с тех пор, как он очнулся. Очнулся? Очнулся от чего? Он был без сознания? В коме? Человек не знал. В голове вдруг мелькнула мысль, что глаза его почему-то до сих пор закрыты, и он попытался открыть их. Веки слушались с трудом, но, в конце концов, ему удалось разлепить их.
Яркая синева, буквально, ослепила человека в первый момент, но спустя секунду ему стало понятно, что он просто смотрит в небо. Вместе со зрением к нему вернулись слух и ощущение собственного тела. После минутного осмысливания, человек понял, что лежит на спине, прямо на голой земле. Перед глазами синело чистейшее небо, и солнечные лучи, падали на него, согревая. Впрочем, он и так не мёрз, судя по всему, день был летний, хотя в голове почему-то всплывали смутные воспоминания о морозе и снеге. Кожу лица щекотал лёгкий ветерок, воздух был наполнен звуками. Слышалось стрекотание насекомых в траве, отдалённый щебет птиц, шелест травы и листьев. «Я, положительно, не в городе» – с уверенностью подумал он, и поймал себя на мысли, что знает о городах. Это внушало определённый оптимизм. Человек попытался сесть, и его попытка увенчалась успехом.
Пейзаж, раскинувшийся вокруг, умиротворял, но был абсолютно незнакомым. Он не мог вспомнить такого места, как ни старался. Зародившаяся было надежда, стала быстро гаснуть. «Стоп, спокойно! – мысленно скомандовал он себе. – А ну, соберись!» Мысленный приказ подействовал, в голове прояснилось, человек смог сконцентрироваться. В этот момент к нему и вернулась память. Вся память. Вся, без исключения.
В последствии, хорошенько поразмыслив над событиями того злополучного утра, Вадим Крашин пришёл к выводу, что состояние «умственной комы», в котором он находился, когда очнулся в «бета-мире», длилось, на самом деле, не так уж и долго. Но тогда ему показалось, что прошла вечность, прежде чем он снова стал самим собой.
Итак, он вспомнил всё. Последний, решающий эксперимент, который должен был подвести итог истории, продолжавшейся почти четыре десятка лет. Эксперимент, обещавший так много… в случае его успеха, Вадим мог бы с чистой совестью сказать всем: «Я сделал это, и меня не в чем упрекнуть. А теперь отойдите и не мешайте, если не хотите ослепнуть от блеска моего чудесного творения!» Да, это было бы великолепно. Но, похоже, всё пошло совсем не так, как он рассчитывал.
«Во всяком случае, перенос состоялся, это точно, хотя координаты выхода, похоже, далеки от расчётных. Надо, пока не поднялся переполох, вернуться обратно, разобраться во всём и найти ошибку» – Вадим попытался нащупать на левом запястье универсальный браслет со встроенным пеленгатором. «Уф-фф» – вздох облегчения вырвался из его груди, браслет был на месте.
Крашин начал медленно поворачивать ребристое кольцо настройки. В тёмном зеркальце маленького люминесцентного экрана не высветилось ни одного блика, даже когда верньер сделал полных триста шестьдесят градусов вокруг своей оси. Вадим повторил попытку ещё два раза. Бесполезно! Диск синхронизации оставался тёмным! При этом контрольные индикаторы светились яркой зеленью, что говорило о полной исправности прибора! Просто в досягаемой близости не определялась горловина портала.
Ледяной холод сковал все внутренности Крашина. Пути домой не существовало! Случилось то, чего он совсем не ожидал, и к чему совершенно был не готов – его выбросило в этот чужой мир, и дверь за ним захлопнулась, как от сквозняка!
«Взрыв! – с ужасом вспомнил Вадим яркую вспышку света. – Я, вероятно, допустил более серьёзную ошибку при определении параметров переноса, чем могло показаться на первый взгляд! Установка в лаборатории, скорее всего, разрушена, полностью или частично, не важно. Портальный генератор больше не в состоянии поддерживать проход, и мне не выбраться отсюда!»
Эти мысли уже походили на панику. Вадим усилием воли заставил себя задавить её, уже начинавшие укореняться в его душе, ростки. «Думай! – приказал он себе. – Выход должен быть!» Однако его не было. По крайней мере, Вадим Крашин в данный момент выхода из сложившейся ситуации не видел.
Догадка о взрыве, навела на мысли о его возможных неприятных последствиях. Чтобы убедиться в отсутствии таковых, Вадим внимательно осмотрел и ощупал себя. Боли нигде не было, да и комбинезон оказался не повреждённым. Это немного успокоило его. Быстро проведя ревизию имеющегося в наличии имущества, Крашин убедился, что все захваченные с собой вещи при нём: нож, аптечка, две плитки пищевого концентрата, литровая фляжка «песчаного напитка» со встроенным мембранным опреснителем-дезинфектором, зажигалка. Во вшитой в комбинезон кобуре на правом бедре – плоский двадцатизарядный пистолет с запасной обоймой, на груди, в специальном пыле- и влагозащищённом кармане – КПК повышенной надёжности… всё цело, всё в исправности. «Что ж, – подумал Вадим, – хоть я и собирался совершить вылазку всего на несколько часов, придётся, наверное, смириться с мыслью, что моё сафари продлится намного дольше».
Оставаться на одном месте не имело смысла, поэтому, выбрав направление, скорее интуитивно, чем, руководствуясь какими-либо конкретными соображениями, Крашин отправился в путь. Если всё то, во что верил его отец верно, а усомниться в правоте этих теорий у Вадима пока не было повода, то мир, в который он попал, должен быть обитаем. Ну, а, встретив людей, он решит, как поступить дальше.

Прочитайте также  Подземелья мира
Часть 2

В нашем Telegram‑канале вы найдёте новости о непознанном, НЛО, мистике, научных открытиях, неизвестных исторических фактах. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить.
Поделитесь в вашей соцсети👇

Добавить комментарий



ДРУГИЕ НОВОСТИ